Робер-Франсуа Дамьен

Крестьянин, который воспринимал Шарля-Анри как человека, а не как бесчувственного палача, твердо верил, что всё, что он получал, должно быть заслуженным и честно заработанным. Когда у его сына Жака диагностировали цингу, он позволил Шарлю позаботиться о нем. Дамьен пообещал расплатиться с Шарлем деньгами, вырученными от продажи рабочих инструментов, и они вместе отправились к дому Дамьена, но обнаружили, что его дом был разграблен и сожжён сборщиками налогов, а также увидели женщину, укравшую платье его умершей жены. Позже, вернувшись в город, они остановились около ворот Версальского дворца, и Дамьен осознал ничтожность своей жизни по сравнению с жизнью короля. Робер навёл Шарля на мысль, что он не единственный, кто терпит невзгоды, и что есть миллионы людей, страдающих так же сильно. Робер-Франсуа напал на короля Людовика XV, не желая его убить, а чтобы увидеть, чем он отличается от простого народа. Дамьена приговорили к четвертованию, но он не произнёс ни слова. Увидев своего сына Жака, вылеченного Шарлем, Дамьен понял, что все намерения и действия Шарля были продиктованы состраданием.